«КТО ОНИ, НЕКОНФОРМИСТЫ?»

Перевод с югославского.

Статья опубликована  в югославском журнале «Старт» № 417  12.01.1985

 

He-конформ является названием для движения, которое воспринимает искусство и культуру по-другому - не так, как истолковывает служебная эстетика. Это движение явилось в конце 50-х годов в России и постепенно захватило все области художественного творчества - изобразительное искусство, литературу, театр, музыку. Со временем образовалась значительная авангардная традиция, которая совершенно легально существует параллельно с так называемым «служебным творчеством». Мы приводим краткий обзор развития не-конформа в изобразительном искусстве.

1957 - В Москве проводится Международный фестиваль молодежи и студентов, на котором зрители впервые встретились с авангардным искусством.

1958-1962 - Рaбoтa экспериментальной студии Элия Белютина, в  которой 200 художников исследовали возможности стилизованного выражения, как альтернативу ортодоксальному реализму.

1958-1964 - Основываются многочисленные группы и школы, в которых разрабатываются новые модели изобразительного искусства. Параллельно они занимаются и ретро-тематикой, работая с материалом русского художественного эксперимента начала века. Самые значительные школы этого времени принадлежат В.Ситникову и О.Рабину.

1962 - Выставка, посвященная 30-летию МОСХА в Манеже, на которой впервые были представлены некоторые произведения, выходящие из рамок соц-реализма.

1964-1974 - Авангард проходит через кризис. Не-конформные произведения редко выставляются. Многие уезжают из СССР в эмиграцию.

1974,15 сентября - Первая выставка авангардных художников в Измайлово, когда авторы без предварительного разрешения вынесли свои работы в парк.

1975, февраль - Первая выставка московского авангарда в официальном зале павильона Пчеловодство на ВДНХ. Представлено 20 художников. Осень того же года  - ВДНХ-2, 100 художников в помещении Дома Культуры.

1975 - Основана секция живописи при Горкоме графиков на Малой Грузинской, 28. Так появляется единственный постоянный выставочный зал  для не-конформа в СССР.

1976 - И.Снегур и К.Нагапетян основывают группу 20 Московских художников, которая впервые выступила в полном составе в 1978 году.

1976 - В.Немухин организовывает группу «Форма-Пространство», которая постоянно выставляется на Малой Грузинской.

1983 - Первая выставка группы «21».

Последние 10 лет в этом помещении выставлялись почти все самые значительные художники нон-конформисты, начиная со скульптора и графика Вадима Сидура до кинетического конструктивиста В.Колейчука.

РУССКИЙ АВАНГАРД: НЕЛЕГАЛЬНОЕ В ЛЕГАЛЬНОМ

(текст: Т.Ночич. Фото: Радко Княжич)

 

На Малой Грузинской улице в Москве в подвале дома № 28 находится «Малая Грузинка» - своеобразнейшая галерея в Советском Союзе. В ней выставляются русские авангардисты. Широкая общественность не имеет понятия о деятельности этой галереи, также она ничего не знает о тех выставках, которые идут в частных квартирах для друзей. Вопреки этому тысячи картин сотен художников-авангардистов, которые выставляются на Малой Грузинской, говорят о том, что в СССР существует живая и устойчивая альтернативная сцена.

...Малая Грузинская улица в Москве. Тень полуразрушенной католической церкви, во дворе которой сегодня находится склад металлолома, падает через дорогу на однообразные жилые здания. Перед зданием № 28 приклеен плакат с коротким текстом: «Весенняя выставка живописи». Случайный прохожий с трудом мог бы предположить, что за этой неопределенной надписью скрывается приглашение на самое привлекательное художественное событие в советской столице. Речь идет об уже ставшей традиционной выставке, которая один раз в год проводится в помещении Горкома графиков, и на которой выставляются новейшие произведения авангардных художников. В этом месте определяется состояние неконформного движения. За прошедшие 9 лет здесь, в контакте с публикой, и на глазах у публики прошли тысячи картин авангардного искусства. Это  наиважнейший культурный факт; вместе с тем это  единственный служебный выставочный зал в Советском Союзе, где публика может встретиться с предметами творчества, которые не были инспирированы духом соц-реализма и имели большой отзвук в московских интеллигентских и художественных кругах. Все это привело к тому, что Малая Грузинская приобрела в творческом мире особый харизматический статус. Кроме чисто художественного значения этой галереи, ее харизма основывается на поистине особенной атмосфере, которая владеет этим помещением - его можно назвать и подвалом. Организаторы прилагают большие усилия, чтобы обновить известную конструктивистскую идею 20-х годов, об интеграции творца и потребителя произведения искусства. Здесь в любое время вы можете найти группу дежурных авторов, которые говорят со своей публикой о своих работах и о современном искусстве вообще. Иногда такие речи превращаются в настоящие маленьким лекции об авангарде. Зная, что широкая публика, главным образом, не имеет возможности через печать или через публикации познакомился с современными течениями в изобразительном искусстве, такие беседы приобретают особенное воспитательное значение. Можно говорить и о продолжении традиций передвижников, которые сами создавали целые программы изобразительного, художественного образования народа. Конечно, речь не идет о каких-то скучных поучениях. Если собравшиеся в хорошем настроении, откуда-то появляется стаканчик водки, и вы можете выпить за здоровье Пикассо или Кандинского - уже по вашему выбору. В галерее есть и особые книги отзывов, в которые посетители записывают свои размышления. Здесь вы можете найти похвалы и критику от простого «Молодцы!» до обширных трактатов, содержащих острые замечания. Хотя подавляющая реакция вне сомнения положительная, иногда так случается, что кто-то выражает свое полное несогласие. При нас один пожилой товарищ начал ругать служащую, которая проверяет билеты, критикуя с серьезной идеологической точки зрения всю концепцию Малой Грузинской. Но служащая не осталась в долгу, и на каждый его аргумент был ее ответ. Весь этот спор со всем вниманием наблюдала большая группа людей. Вероятно, в мире нигде больше нет такого выставочного зала, где служащие на входе с такой страстью дискутируют о большом искусстве на виду у зрителей, которым даже в голову не приходит прервать этот разговор каким-нибудь неподходящим замечанием.

 

КОММУНАЛЬНЫЙ КОМПРОМИСС

 

Через Малую Грузинскую ежедневно проходит несколько тысяч посетителей. Во время выставок группы 20 Московских художников - самой популярной авангардной группы в Москве - бывает и до 7000 зрителей. Это значит, что одномоментно в помещении бывает до 700 человек, и при отсутствии кондиционера они испытывают сильное физическое утомление. Люди ждут на улице по пять часов, стоя в очереди. Бывает столько народа, что организаторы иногда зовут милицию, чтобы  пoддeржaть порядок. Мы беседуем о не-конформе - здесь это второе название авангарда - с художником Игорем Снегуром, 49 лет, лидером и основателем группы 20 Московских художников, одним из самых деятельных руководителей и организаторов на Малой Грузинской. Сам Снегур - опытный деятель не-конформа, в котором участвует с далекого 1958 года. Мы находимся в мастерской художника на Старом Арбате. Мастерская находится на последнем этаже, к ней ведет узкая темная лестница, как из романа «Мастер и Маргарита». Кстати, это - не простая ассоциация, что и подтвердит ход нашего разговора. Мы спрашиваем Снегура, как появился авангард в Горкоме графиков. Он отвечает, что это является своеобразным «коммунальным компромиссом», поскольку организаторам нужно было найти соответствующую модель, которая бы официально одобрила выступления не-конформа. Таким образом, девять лет назад при Горкоме графиков была основана секция живописи, в которую вошли 100 человек. Эти 100 не-конформных художников равноправно в течение года разделяют помещение с оставшимися 3000 - членами горкома. Секция раз в год проводит одну-две совместные выставки и три выставки, на которых представляются группы, которые работают на Малой Грузинской. «Эта галерея - единственная в Советском Союзе, которая живет исключительно от проданных билетов!» - говорит не без гордости Снегур.

СТАРТ:  То, что мы сейчас видим - совместная выставка. Насколько реально она отражает состояние не-конформа?

СНЕГУР: Конечно, одна выставка, на которой выставляется около 100 художников, не может претендовать на статус всеобъемлющей. На выставке, например, нет группы Кабакова, нет молодых концептуалистов Рошаля и других многих, очень ценных самостоятельных художников. (Кабаков является лидером самой большой концептуальной группы, а молодые концептуалисты Рошаля  очень таинственны: они не выставляются нигде, кроме своих ателье. Примечание автора статьи). Мы попробовали, и. надеюсь, нам это удалось создать панораму самых основных, ныне присутствующих среди Московских художников образов мышления. Мы выставили работы, которые принадлежат к самым различным направлениям от символизма до геометрической абстракции и поэтического романтизма. Хотя мне кажется, что в этот раз больше внимания уделено одному экспрессивному приему – экспрессионизму, в то время, как концептуализма было значительно меньше, чем он того заслуживает. Я бы сказал, что московский не-конформ состоит из трех стволов: экспрессионизма, концептуализма и реализма. Каждый из них имеет множество ветвей, внутри которых в свою очередь существует свои, новые подразделения. Это явление очень сложное и часто даже вызывает недоразумения. Люди нам часто звонят и спрашивают, когда снова будет выставка 20-ти. Но наша группа - одна из тех, которые выставляются на Малой Грузинской. Может быть, она  популярнее других, но не единственная.

Снегур объясняет нам, что в секции живописи работают три группы. Дольше всех работает группа 20 Московских художников, которую основал И.Снегур и К. Нагапетян в 1976 году. С того момента у них прошло 7 выставок, на которых было представлено более 800 картин, что является большим художественным капиталом для будущей истории русского авангарда. Сравнения ради: барбизонцы выставлялись четыре раза. Состав группы с момента основания оставался неизменным, если не учитывать отъезд некоторых участников в другие страны. На весенней выставке кроме Игоря Снегура выставлялись: Сергей Блезе, Дмитрий Гордеев, Сергей Симаков, Виталий Линицкий, Владимир Петров-Гладкий, Юрий Миронов,  Владислав Провоторов. Все они используют различные подходы и у них разная тематика. Линицкий и Симаков - единственные художники, которые выставили произведения религиозной тематики. Но для всех художников группы характерен реалистический способ мышления. Правда, это выражение надо понимать условно. Другую группу «Форма-Пространство» ведет Владимир Немухин. В ее состав входят: Э.Штейнберг, В.Янкилевский, Б.Свешников, В.Краснопевцев. Группа не имеет постоянного состава и программы. По замыслу Немухина большее значение придается экспрессивности и фигуративности. Помещением на Малой Грузинской пользуется и группа «21». В ней собрались индивидуалы, для которых трудно было бы найти общее объединяющее начало. У них нет лидера. Самыми сильными считаются В.Казарин, В.Наумец, Н.Вологжанин.

СТАРТ: Ни одна из перечисленных групп не имеет своего манифеста. Почему?

СНЕГУР: В Советском Союзе уже существует один единый манифест. Я хочу напомнить, что творчество не-конформа противопоставлено официальному искусству. Более того, не-конформ существенно повлиял на отношения внутри МОСХА. Сегодня выставки в МОСХЕ мало похожи на те, которые шли 5-6 лет назад. Теперь вы там найдете картины, принадлежащие к самым современным направлениям. Но здесь появляется парадокс. Используются современные формы, в которых устаревшее содержание. Например, речь часто идет об эстетизации родного пейзажа, труда, о поисках прекрасного в светлом будущем. Значит, акцент делается на оптимистическое представление о жизни. Я не говорю, что такие модели жизни не близки людям, но существует и нечто другое. Существует история, история культуры, и существует взгляд в будущее. То, что создается в рамках мгновенного реализма - это, по моему мнению, более подходящий, более точный термин для искусства в рамках простой служебной эстетики, и является реакцией на день, на 24 часа, и непосредственно на нашу дневную эмоцию. В этом, мне кажется, и состоит основная проблема этого искусства, потому что перед ним закрывается взгляд не только в прошлое,  в традицию, но и в будущее.

СТАРТ: Ваша группа декларируется, как группа реалистического художественного направления, и обладает достаточной техникой для создания жанровой картины. Явно существует разница между реализмом, как его понимает служебная эстетика, и как его понимают ваши коллеги. Расскажите поподробнее о реализме группы 20 Московских художников.

СНЕГУР: Наш коллектив - тяжелый, молодой, своеобразный, но никто нас не может обвинить в несовпадении формы и содержания. Мы стремимся к ИНТЕГРАЛЬНОЙ ПРОЕКЦИИ ЖИЗНИ! Мы стремимся к такому искусству, которое способно заняться всей жизнью в целом, жизнью, которая не сводится к одному дню. Контуры будущего, как и прошлого неясны. Из прошлого к нам приходят только символы и знаки. Будущее является еще более туманным. Это наше путешествие в прошлое и будущее мы связываем системой знаков в определенную модель, которую насыщаем прожитой эмоцией. Но не мгновенной и не конкретной, потому что под реальностью мы понимаем не новые вновь появляющиеся объекты, а нечто совсем другое.  ЭТО ДРУГОЕ — СМУТНОЕ! (здесь речь идет почти о непереводимом понятии, которое означает и туманность, и неспокойствие и то, что только смутно представляется.  Прим. перев.) Я стремлюсь к смутному. Смутное - это нечто еще не сказанное, еще не названное. Оно ищет повсюду ФОРМУ, в которую вольется, и так получит СВОЕ ИМЯ. Этих форм существует бесконечное множество, но только одна единственная - настоящая! Если это случится, это - момент восторга, который охватывает, когда создано СЛОВО. Это СЛОВО я еще не произнес, а, может быть, оно еще никогда и не было произнесено.

 

ДУАЛИЗМ МОСКОВСКОГО ИСКУССТВА

 

После этого эффектного Евангельского сопоставления откуда-то раздался звук колокола. Кстати, звуки как будто доносились с лестницы. Снегур поднял голову и внимательно прислушался. В конце концов, с довольной улыбкой он произнес: «Мистика какая-то!» Потом мы заговорили с Булгакове, и вспомнили его мысль о том, что самые     лучшие произведения написаны на углу кухонного стола. Эта выдержка помогла нам в разговоре о не-конформе. Если бы, например, под столом подразумевалось то место, которое уделяется изобразительному искусству в средствах массовой информации, то в этом случае Малая Грузинская действительно оказалась бы на самом краешке этого стола. Это, конечно, не удивляет никого, как не удивляет тот факт, что для большинства граждан СССР этот вид искусства совсем не знаком. Не-конформное искусство касается узкого круга людей. Таким образом, оно имеет лишь частное значение для советских средств массовой информации, хотя в последнее время что-то изменилось. Например, по московскому телевидению в составе образовательной программы был показан фильм «Пикассо - ходожник-коммунист», в котором так удивительно для страны признанного соц-реализма прозвучала мысль Пикассо о том, что художникам необходимо закрыть глаза, чтобы... (фраза не завершена). Нынешние авангардисты не имеют никакой рекламы или освещенности в прессе. В печати не появляется никаких известий или критических статей об их выставках. В конце 70-х годов то здесь, то там появлялись статьи типа «Авангард мещанства» и др. Сейчас таких статей нет. Зато, нет ни отрицательной критики, ни положительной. С другой стороны, московский не-конформ живет исключительно динамично. Ведутся постоянные полемики в области теории современного искусства, мнения, организуются, делятся на группы художники. Проводятся домашние лекции, дебаты, выставки, хеппенинги. Любители не-конформа постоянно знакомятся с отечественным и зарубежным творчеством. Похожая ситуация сложилась и в других видах искусства - в литературе и в музыке. Что касается театра, то кроме всемирно известного Театра на Таганке, где Любимов создал настоящую авангардную труппу, авангард играется и в квартирах, открытых для друзей. Этот дуализм московского искусства, где авангард как  бы есть, и как бы его нет, на Малой Грузинской уже начал перебарываться. Мы спрашиваем Игоря Снегура о том, что он думает об отношениях зрителей и авангардного искусства.

СНЕГУР: Прежде всего, я верю в нашу художественную жизнь, в жизнь изобразительного искусства. У нас человек не приходит, чтобы увидеть то, что ему знакомо, а то, что он искал. Изобразительное искусство только показывает, его нельзя понять ни на каком языке. Но нам перевод и не нужен, если человек приходит с доброй волей. После взрыва 20-х годов вся система изобразительного мышления изменилась. Создана новая наднациональная форма, а поскольку искусство связано с широкой коммуникацией, эти элементы стали необходимы для понимания специфического изобразительного языка. Развивается не только язык, но и мир, который зритель встретит через этот язык. Малая Грузинская, безусловно, способствует этой коммуникации. Здесь есть, конечно, и менее удачные работы, но в целом, атмосфера на наших выставках - это атмосфера чистого воздуха. Казалось бы, все уже видели, но,  слышно «Ax!» - и люди приходят на наши выставки снова и снова.

СТАРТ: Выставки на Малой Грузинской  коммерческие. Кто покупает ваши картины?

СНЕГУР: Точно! Это должны быть выставки-продажи. Знаете, сколько людей в этот раз заинтересовались, хотели купить картину? Никто.  Буквально никто.

СТАРТ: Почему?

СНЕГУР: Потому что наш человек просто не может себе представить, что картины продаются, и что он может их купить. Я сейчас не говорю об интеллигентах, которые немного разбираются в этом  вопросе. Человек привык к тому, что он идет на выставку с мыслью о том, что картину выставляет государство - по заказу покупает картину у художника и выставляет, как свою собственность. Как же можно ожидать, что народ купит наши работы, когда для подавляющего большинства они почти неизвестны. У нас почти нет рекламы. Нельзя идти на серьезную выставку, где в подзаголовке будет стоять «продажа», если после официального открытия нельзя будет провести несколько дней чисто продажи. Вы не можете под картиной на выставке проставить ее цену. У картины на выставке нет цены.

 «Картины покупают, главным образом, иностранцы» -  объясняет Снегур. По его подсчетам одна треть произведений, представленных на выставках, уже за границей. Новый русский авангард чаще всего привозится в Западную Европу и Латинскую Америку. Одна из самых больших частных коллекций находится в Коста-Рике. Ее собственник организовывает этой весной выставку группы 20 Московских художников в Сан-Хосе, на которой будет представлено около 100 произведений из его коллекции. Значительное число произведений есть во Франции, Англии, Греции. Покупатели — почти всегда дипломатические представители в СССР. Что касается югославов, то среди них нет коллекционеров в общепринятом понимании этого слова. Они покупают отдельные картины, которые им понравились. Кстати, цены на картины бывают от 500 рублей и выше, а некоторые художники не продают свои работы меньше чем за 12000 рублей. Здесь столько стоят два легковых автомобиля. Продажа работ иностранным представителям - значительная финансовая поддержка для не-конформа, поскольку его члены, главным образом, лишены каких-либо дотаций от государства. Но возвратимся к выставке, на которой картины не имеют цен. Снегур еще раз напоминает, что Малая Грузинская является продолжением культурных традиций художественного эксперимента начала века. « Прошлое должно войти в традицию. Оно должно выразиться в тебе живом!» - говорит Снегур. « Если у тебя нет прошлого, какое же у тебя будущее. Только прошлое, через настоящее, дает возможность смутно увидеть будущее. Это тот механизм, который открывает черный ящик нашей души другим после нас,  и который даст возможность времени, которое будет, вступить в связь с тем, что существовало до нас. Искусство или вечно, или это - не искусство! Снегур говорит и об известном монументе Татлина «Памятник Третьему Интернационалу», который часто воспринимается, как символ утопического мира, в котором сольется прошлое и будущее, искусство и жизнь. Этот монумент, как известно, не прошел дальше своего макета, но дух, из которого он явился, является реальностью. И,. что еще более значимо, он воплощает повседневную жизнь на Малой Грузинской, где художники и зрители действительно ощущают причастность друг другу. Если говорить о памятниках, то Татлин и его поколение воистину не могли получить лучшего памятника, чем этот.

Разговор окончен. Снегур, как организатор осенней выставки, выбирает фотоматериал специально для читателей Старта. Фотографии, которые мы печатаем в этом номере – это его выбор.

 

Посылайте сообщение на мой адрес э/почты snegurart@mail.ru, иначе не смогу Вам ответить. Спасибо.